Вкниге автор интересно и познавательно раскрывает неизвестные страницы биографии Пифагора и параллельно сюжету повествует о засекреченной жизни эзотерических шк icon

Вкниге автор интересно и познавательно раскрывает неизвестные страницы биографии Пифагора и параллельно сюжету повествует о засекреченной жизни эзотерических шк

Смотрите также:
Задачи проекта: узнать, кто такой Пифагор...
План урока Организационный момент. Актуализация знаний...
Урок изучения новых знаний. Тема урока: «Теорема Пифагора»...
Урок по теме «Теорема Пифагора»...
Страницы жизни...
Отражение биографии Анны Ахматовой в ее произведениях курсовая по литературе...
© "Неизвестные страницы Русской истории", 1998 г...
«Пушкин и Даль»...
«пифагорово море» Феано Редакция 2008 анонс...
Теорема пифагора вне школьной программы ученик 9а класса Мергер Виталий...
Темы семинарских занятий По курсу "Кочевники Великой степи в истории России" Тема 1...
Популяризация здорового образа жизни и развитие массового спорта в современной россии...



страницы:   1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
скачать
ПИФАГОР

ЖИЗНЬ - КАК УЧЕНИЕ

ТОМ ПЕРВЫЙ


АННОТАЦИЯ


В книге автор интересно и познавательно раскрывает неизвестные страницы биографии Пифагора и параллельно сюжету повествует о засекреченной жизни эзотерических школ Египта, Иудеи, Персии, Вавилонии, Индии, Китая и Шамбалы. Читателю открываются седые тайны бытия, недоступные прежде простым смертным. Посвящения греческого философа в мистерии эзотерических школ сопровождались выходами Пифагора из тела, и его полетами в тонком теле на Марс, Венеру, Юпитер, Сириус и другие далекие планеты. Г. Бореев занимательно описывает города инопланетян и общение Великого Посвященного с представителями внеземных цивилизаций. Подробно освещена учеба Пифагора у основателей мировых религий: Заратустры, Джины Махавиры, Гаутамы Будды, Лао-Цзы, Гермеса Трисмегиста. В диалогах и спорах Пифагора с отцами религий становится ясной цель духовной работы этих посланцев Шамбалы, понятным глубинный смысл их высказываний.

Редакция не рекомендует самостоятельно выполнять читателям некоторые сложные упражнения из Школы Пифагора, такие как Ширшасана и техники сознательных выходов из тела, описанные Г. Бореевым в книге. Лучше их осваивать под руководством опытного инструктора. Секретные техники тайных Школ даны здесь для художественного восприятия духовной культуры Древнего мира, для большего понимания читателями той философии, той науки и атмосферы, в которой жил, учился и работал Пифагор.


ПИФАГОР

^ ЖИЗНЬ - КАК УЧЕНИЕ


Светить будут звезды-гиганты,

Моря не затопят Памир,

Пока существуют атланты

И держат ладонями мир!


Человеческая история Земли порой похожа на цветное лоскутное одеяло, где среди серой ветхой мешковины людской дикости, материализма и безбожия вдруг сияют яркие «заплаты» из дорогого бархата или шелка — неведомо как расцветающие божественно мудрые цивилизации. Завораживающий узор этого земного «одеяла» терпеливо вышивают наши космические «няньки» — Кумары Венеры, Духи Высших планет и Учителя Шамбалы.

Так благодаря бессмертному царю Атлантиды Арлиху Вомалитесу, на плоскогорьях зеленой Африки возникло уникальное государство — Древний Египет. Эта великая страна на многие тысячи лет стала всемирной школой для неофитов и посвященных, цитаделью Знания и штаб-квартирой Белого Братства в Средиземноморье. Великий Арлих Вомалитес, известный в Египте под именем Тот, выпестовал эту славную цивилизацию и помог окрылиться и навсегда улететь с нашей бренной планеты тысячам подвижников. Но когда пришло время Египту умирать, то именно Тот стал основателем следующей величайшей культуры, имя которой — Древняя Греция.

Мудрецы называют Тота отцом Египта, а европейские книги по истории величают отцом Греции Пифагора и утверждают, что на основе пифагорейской школы в Кротоне и благодаря титаническим усилиям Учителя из Самоса возникла Древняя Эллада, а от нее произошла вся наша современная наука, культура и, собственно, Западная цивилизация. Однако сам Пифагор в своих трудах неоднократно замечал, что именно Тот «взял его за руку, спустился с ним под Великую Пирамиду». Великий царь Атлантиды Арлих Вомалитес раскрыл ему под Пирамидой, в тайном подземном городе под Сфинксом, знания геометрии и музыки, чисел и форм, знания природы Реальности и последовательность Творения. Когда благодаря Пифагору и его учению возникла Древняя Греция, то бессмертный царь Атлантиды вошел в эту культуру в том же теле и с теми же знаниями, что и в Атлантиде, что и в Древнем Египте. Здесь уместно заметить, что в те седые времена Грецией называли города и территории многих стран Средиземноморья и Малой Азии, которые впоследствии вошли в Римскую империю. Так вот, когда Тот пришел просвещать народы Европы, то он назвался Гермесом. После ухода Гермеса из Эллады Пифагор стал таким же Пастырем для мирян, каким был Тот для жрецов Египта. И сегодня Школа Пифагора продолжает религиозную мысль своего Учителя, применяя ее к новым временам и новым воплощенным душам. Так замыкается круг времен.


^ ПРОРОЧЕСТВО ОРАКУЛА


Бог вошел, как ветер в парус,

В руки, в ноги, в уши,

Он светил сквозь лоб, как фара,

Просвещая души…


В начале шестого века до нашей эры не было в греческой Ионии более цветущего острова, чем Самос. Рейд его крылатого порта находился как раз напротив лиловых гор изнеженной Малой Азии, откуда стекали на остров вся роскошь, золото и соблазны. Не было на благословенном и утонченном Самосе человека богаче и удачливее, чем ювелир по имени Мнесарх. Отец Пифагора обладал недюжинным чувством прекрасного и уникальными способами огранки драгоценных камений. Не было равных Мнесарху и в торговых делах: он был на короткой ноге со многими правителями и успешно торговал по всему Средиземноморью. Но особой гордостью благочестивого ювелира была его молодая и добродетельная жена — первая красавица Самоса, дочь жреца храма Аполлона по имени Парфенис.

Мать Пифагора, Парфенис происходила из знатной семьи, ведущей свой род от самого Анкая. Знаменитый Анкай, о котором упоминал в своих песнях Гомер, был царем славных племен лелегов. Эти народы пришли из Атлантиды и заселили побережье и острова Эллады еще до прихода греческих племен. По преданию, Анкай был сыном самого Посейдона, и поэтому превосходил прочих людей мудростью, славой и добродетелями.

Отец Пифагора славился не только талантами резчика и огранки драгоценных камней, у него было много других добродетелей, среди которых доброта, соучастие и сострадание к ближним являлись главными. Мнесарх был богатым финикийцем, родом из города Тира. В старом добром Тире отец Пифагора долгое время работал резчиком драгоценных камней для перстней и гемм, а затем специализировался на огранке изумрудов. Потом случилось так, что Мнесарх стал успешным хлеботорговцем. Однажды на острове Самосе и во всей Ионии произошел неурожай зерновых. В этот год Мнесарх приплыл из Тира на остров Самос по своим ювелирным делам и устроил бесплатную раздачу хлеба голодающим. За этот благородный поступок он был облагодетельствован жрецами храма Аполлона и удостоен самосского гражданства. Здесь в храмовой роще Самоса он впервые повстречал девушку, в которую не мог не влюбиться. Парфенис также была очарована Мнесархом. Сыграли свадьбу, на которой веселились все жители города Самос. Недалеко от главного порта острова Мнесарх построил для своей семьи имение, господский дом, который был выложен из камней и облицован мрамором. Этот трехэтажный особняк с четырьмя колоннами, мраморными лестницами и скульптурами богов был окружен двухэтажными домами для прислуги, для семей обслуживающего персонала. Между постройками росли фруктовые деревья и пели золотыми голосами птицы. В этом земном раю молодожены нежно любили и лелеяли друг друга. Как говорят, они здесь жили долго и счастливо. Здесь у этих благоверных родителей появились сыновья — Евност и Тиррен. А третьему сыну Парфенис и Мнесарха — Пифагору — суждено было родиться в дороге.

Однажды добродетельный Мнесарх приехал в Дельфы с грузом драгоценных камений и неискушенная Парфенис уговорила супруга испросить у Дельфийского Оракула судьбу ювелирного предприятия. Жрица Аполлона, легендарная Пифия как бы не расслышала меркантильного вопрошания мужа о благоприятности торговли, приращивания денежного могущества и судьбе обратного путешествия. Но, войдя в трансовое состояние, оракул изрекла: «Благословен, Мнесарх, ты пред ликом богов! Жена твоя носит в себе сына, который превзойдет всех людей в красоте, силе и мудрости. Он повторит путь Гермеса, много потрудится на этой планете на благо землян. За это он претерпит от людей горечь покушений и унижений, и будет заживо сожжен вместе с учениками в своей школе в италийском городе Кротоне. Но школа, основанная твоим сыном, не погибнет. Она будет переименована в Ессейскую школу Мертвого моря и даст новых Учителей и светочей человечества. Один из последователей твоего сына по имени Иисус родится через пять веков в Вифлееме, повторит полностью его путь в Гималаях и под Пирамидами, и почит в столь же преклонном возрасте в городе Шринагаре. Люди будут поклоняться твоему сыну, как Богу...»

Мнесарх столь впечатлился данным пророчеством, что изменил имя собственной жены на Пифазис в честь Пифии. Дитя, предсказанное оракулом, родилось в солнцеликой Финикии, в набожном городе Сидоне, когда святое семейство находилось в дороге. В честь Дельфийской Пифии дитя было наречено Пифагором. Еще до рождения ребенок был посвящен своими родителями свету Аполлона. Когда Пифагору исполнился ровно год, то его мать, по заранее данному дельфийскими жрецами совету, понесла его в храм Адонаи, находившийся в Северной Африке, в Ливийской долине. Там великий жрец Адонаи благословил его.


Так Высший мир, поднявшись на ребро,

Как мусор, смел полулюдей планеты.

Лишь тот не падал, кто ваял добро,

И соткан был из творчества и света…


Много странных легенд и преданий дошло до наших дней о рождении Пифагора. Некоторые из них утверждают, что он не был обычным смертным человеком, а был одним из богов, принявших человеческий облик для того, чтобы войти в мир землян и учить человеческую расу мудрости. Многие называли Пифагора сыном бога Аполлона. Особенно впечатляет сопоставление фактов его жизни с биографией Иешу Амашшии (Иисуса Христа) и Аполлония Тианского. Например, Годфри Хиггинс в своем «Апокалипсисе» пишет, что Пифагор и Иисус «были уроженцами почти одной и той же местности. Пифагор родился в Сидоне, а Иисус в Вифлееме, оба города на Ближнем Востоке. Отец Пифагора, как и отец Иисуса, был пророчески извещен о том, что у него родится сын, который явится благодетелем и светочем человечества, за что и будет награжден мучительной смертью. Оба Учителя родились в то время, когда их родители были вне дома. Иосиф и его жена были на пути в Вифлеем для уплаты налогов, а отец и мать Пифагора путешествовали из своей резиденции на острове Самос в финикийский город Сидон по торговым делам. Пифазис, мать Пифагора, имела соитие с духом бога Аполлона, или иначе с духом бога Солнца. Произошло непорочное зачатие. Аполлон в виде огромной огненной фигуры впоследствии явился к Мнесарху и рек ему громовым голосом, что тот не должен возлегать со своею благоверной в течение девяти месяцев — то есть все время ее беременности. История та же самая, по сути, случилась с Иосифом и Марией. Из-за этих обстоятельств Пифагор был известен под тем же именем, что и Иисус, а именно как сын Бога, Яванчарья, Учитель из Эллады. И праведные люди свято верили, что Он был Божественно вдохновлен».

Другой греческий мудрец и чудотворец — Аполлоний Тианский — по преданию, нашел золотые пластины с начертанными на них географическими картами и схемой путешествия Пифагора в Индию, Китай и Тибет. Невидимая рука Шамбалы вела и эту Великую душу к знаменательным свершениям и духовным подвигам. По путеводным золотым картам Аполлоний Тианский так же повторил путь в Гималайскую Шамбалу, который некогда прошли до него Заратуштра, Махавира, Гаутама, Лао-Цзы и Пифагор.


^ ДЕТСКИЕ ГОДЫ


Но управлять дорогой мог

Мальчишка, что влюблялся хрупко,

Парил над плоскостью дорог,

Творил над плоскостью рассудка…


После рождения сына набожный Мнесарх часть своего имения с домами для прислуги пожертвовал главному храму Аполлона и отдал Пифагора на обучение в школу этого храма. Там талантливый отрок проявил недюжинные способности практически во всех науках и искусствах: в математике и риторике, астрологии и поэзии, алхимии и музыке, живописи и скульптуре, ораторском искусстве и медицине, философии и анатомии. Молодой послушник участвовал в служениях храма Аполлона, исполнял орфические гимны и был допущен до Элевсинских мистерий. Он прекрасно играл на лире, с семи лет писал возвышенную Космическую музыку, разбирался в огранке бриллиантов, мастерски лепил из глины фигурки Аполлона и других героических персонажей. Но особенно хорошо у Пифагора получались вдохновенные стихотворения о мире нимф и богов. Мнесарх и Пифазис очень старались дать сыну разно­стороннее и достойное воспитание. Грамматике, по­этике и риторике Пифагор учился у Гермодаманта, потомка того Креофила, который принимал у себя в имении самого Гомера и получил из его рук бессмертные по­эмы. Гермодамант обучил Пифагора письму и чтению, правильной речи и стихосложению, искусству декламации стихов под аккомпанемент лиры. Поэтому с детства Пифагор знал наизусть всю «Илиаду» и «Одиссею». В учителя Пифагору также наняли за большие деньги знаменитого мудреца Ферекида из Милета. Этот известный на всю Элладу муж обучал юного отрока диалектике, физике, теогонии, учению о карме и учению о переселении душ. Да, старый добрый Ферекид был лучшим учеником известного древнегреческого мыслителя Питтака, одного из Семи древнегреческих мудрецов. Если внимательно посмотреть какие умы были привлечены к воспитанию и обучению будущего отца Греции, то становится понятным, почему мудрецы Ионии и талантливые жрецы прочили ему славу «нового Гомера и Гесиода». Юноша отличался недетской остротой ума, мудростью праведников и божественной интуицией. Однако Пифагор имел свой взгляд на вещи и по большинству вопросов не соглашался с учителями. Многие знаменитые преподаватели жаловались иерофанту храма Аполлона на «дерзость», «упрямство» и «непослушание» гениального отрока, ничего не принимающего на веру.


^ В царстве теней


Мы были — люди, стали — приведенья:

Не видно наших дел, не слышно фраз.

За то, что мы отбрасывали тени —

Теперь отбрасывают тени нас…


В имении своего отца, утопающем в райских кущах цветущих и поющих деревьев, юный Пифагор был окружен вниманием достойных учителей и благоговейной заботой матери. Но более всего в это время отрока интересовали вопросы, связанные с жизнью души за чертою смерти. Поэтому каждый вечер, после утомительных занятий грамматикой, музыкой, алгеброй, геометрией и веселых игр в саду, притихший ребенок стучался в дверь комнаты, где жил знаменитый учитель из Милета, нанятый родителями. Ферекид не прогонял любознательного отрока. Он усаживал Пифагора на мягкую кушетку, давал ему в левую руку тарелку с печеньем и сладкими ватрушками, в правую — стакан чая с мятой и учтиво выслушивал вопросы мальчика. А потом отвечал любопытному отроку, подкрепляя высказанные мысли сюжетами из мифов и легенд о богах и героях. Однажды отрок спросил учителя: «О, мудрейший ученик Питтака, о, несравненный учитель Ферекид, расскажите мне, пожалуйста, где сейчас живут бессмертные души героев Троянской войны? Как они живут, о чем думают, к чему стремятся?.. Где сейчас находятся Одиссей, Орфей, Геракл, Сизиф, Тантал и другие цари древней Эллады?» И, убеленный сединами Ферекид, мягко улыбнувшись Пифагору, взял в руки семиструнную лиру и начал играть на ней всеми любимые мелодии Орфея. Под аккомпанемент струнного инструмента мудрец начал нараспев рассказывать засыпающему мальчугану удивительную историю жизни героев Эллады в таинственной стране теней:

«Далеко-далеко за горами, за долами, за высокими морями, на негостеприимном, безлюдном континенте находится огромная пропасть, ведущая в страну того света — Гадес. Прибывший туда неутомимый греческий странник и путешественник — Одиссей — должен был прежде всего принести душам умерших жертву: заколоть барана и овцу. Этот ритуал являлся условием его вступления в подземное царство теней. Почуяв запах крови, к выходу из пропасти толпою слетелись души усопших. Среди них и тень умершей к тому времени матери Одиссея — Антиклеи. Но, памятуя советы волшебницы Цирцеи, которая несколько лет удерживала Одиссея как пленника, герой троянской войны и владетель острова Итаки сначала допускает к жертве тень прорицателя Тересия, который предсказывает нашему страннику благополучное возвращение на Итаку.

У каждой тени было что сказать. Но все они чувствовали себя столь слабыми, что перед разговором с Одиссеем должны были подкрепиться жертвенной кровью. Среди теней Одиссей узнает храброго Элпенора, тело которого так и не было погребено. Элпенор слезно просит странника позаботиться о его похоронах и возведении над могилой высокого кургана.

Лишь выслушав сетования и просьбу Элпенора, Одиссей смог поговорить с душой своей матери. Когда он отправлялся на своем корабле на завоевание Трои, мать Одиссея еще была жива. При виде ее тени скиталец не может удержаться от слез. Плачет и его мать. Необычна их беседа. У матери к сыну много вопросов. Каким образом он смог попасть сюда живым? Из Трои ли он прибыл? Или, может быть, из дальнего странствия? Не ужасает ли его мрачный вид мира, в который он попал? Взволнованный сын объясняет матери, что к таинственному, грозному царству теней он прибыл не случайно, но во время пребывания в нем должен точно придерживаться указаний волшебницы Цирцеи и прорицателя Тересия. Он рассказывает матери о том, что пережил на Троянской войне, и просит поведать о судьбе его жены Пенелопы и сына Телемаха, а также о ее собственной судьбе. Мать успокаивает Одиссея, говоря, что Пенелопа осталась ему верна, подробно описывает ее повседневные занятия, заверяет, что сын его, Телемах, заботится о всех делах на Итаке. Рассказав обо всем, Антиклея умолкает. Одиссей трижды пытается взять мать за руку, но натыкается на пустоту. В отчаянии он спрашивает, действительно ли видит свою мать, а не обманчивую тень? Не посмеялась ли над ним Персефона? Почему ему нельзя дотронуться до матери? Антиклея объясняет сыну, что душа человека — не то же самое, что тело, но он не должен сомневаться, что разговаривает со своей матерью. Судьба умерших отличается от судьбы живущих. Когда огонь жертвенного костра сжигает все кости, ткани и печень тела, слабая душа, словно призрак, улетает в безмерное пространство. Мать советует сыну, чтобы он, вернувшись в солнечный мир, запомнил увиденное в Гадесе и обо всем подробно рассказал своей верной жене.


Вот стою я пред Миносом голый, дрожу,

И свой череп пустой я под мышкой держу.

Боже, что мне с ним делать — схоронить, закопать?

Иль на шею надеть и прохожих пугать?..


В глубинах Гадеса Одиссей встречается с легендарным владыкой Крита Миносом — сыном Зевса и Европы. Минос восседает на золотом троне, держит в руке золотой жезл и вершит суд над всеми умершими. Его приговора ожидают тени, стоящие у выкованных из железа врат Гадеса. Среди них славный охотник Орион, гигант Титий, вечный мученик Тантал и неустанно занятый безрезультатным трудом Сизиф. К Одиссею подходит Геракл и, посетовав на свою нынешнюю судьбу в мрачной глубине подземелья, уступает место тени Тезея, величайшего афинского героя.

Минос при жизни на земле долгое время был царем Крита. Когда-то давным-давно на планете Земля произошла всемирная катастрофа, и острова Атлантиды поглотил разверзшийся океан. Оставшиеся в живых атланты нашли пристанище в Центральной Америке, Египте и на острове Крит. Здесь они построили прекрасные дворцы, в которых красиво жили, отгородившись от одичавшего мира людей. Каждый дворец атлантов на Крите был целым многоэтажным городом, оснащенным горячей и холодной водой, электрическим освещением и отоплением. Например, в городе Кноссе, в столичном дворце жили 30 тысяч подданных Миноса. Афины в то время платили Криту страшную дань. Каждые четыре года греки должны были отсылать 14 детей обоего пола в Кносский дворец. Афиняне считали, что они отдают своих детей на съедение чудовищному Минотавру — человеку с головой быка, который обитает в подвалах дворца. Однако на самом деле, в Кноссе афинские дети получали высшее техническое и духовное образование и потом уезжали вместе с критянами осваивать новые острова и земли. Казалось бы, царство Миноса набирает силу и ему не видно конца. Но словно какой-то злой рок преследовал атлантов и на новой родине…

Ровно за тысячу лет до твоего рождения, Пифагор, на Крите разразилась страшная катастрофа, подобная той, которая уничтожила Атлантиду. Это взорвался вулкан Санторин на острове Фера. Небывалое по мощности землетрясение вмиг уничтожило все дворцы критян, все портовые причалы и все корабли в Средиземном море. На Крите не просто тряслась земля — она проваливалась громадными кусками в разверзшуюся морскую пучину. От некогда огромного острова Крит осталась лишь одна четверть поверхности. Вся остальная земля ушла под воду. После этого гигантская набежавшая волна смыла в море обломки городов и дворцов. Ни одного из подданных Миноса не осталось в живых, все они ушли вслед за своим царем в царство мертвых. Владыка подземного царства Гадес давно дожидался встречи с царем Крита. Он назначил Миноса главным судьей умерших людей. С тех пор Минос вершит суд над вновь прибывающими душами. Чтобы быть справедливым, Минос взял себе в помощники своих братьев — Радаманта и Эака.

Наши прадеды считали, что через многочисленные пещеры и разломы в земле души входят в царство мертвых. Иногда через один из таких входов бог Гермес приводит души умерших на берега подземной реки Стикс. Эта река — граница между миром живых и миром мертвых. Души, если родственники дали им монету, платили лодочнику Харону деньги за переправу через реку. Души, оставленные родственниками без денег, бродили по берегу Стикса потерянные и несчастные. Поэтому перед обрядом погребения греки обязаны класть в рот умершего монету для перевозчика Харона. На другой стороне реки душа проходила мимо трехглавого пса Цербера. Цербер охранял царство мертвых от живых людей, а также не допускал, чтобы кто-либо из подданных Гадеса не сбежал оттуда. Следующими, кого встречала душа, были Минос, Радамант и Эак. Они вершили суд над вновь прибывшими в соответствии с тем, как вел себя человек в земной жизни. Души людей, которые были злыми или жестокими на земле, посылали в Тартар — самую страшную часть подземного мира. Там их приговаривали к вечному наказанию. Души людей, которые вели праведную жизнь или были посвященными в таинства того или иного культа, посылали на Елисейские поля — счастливое место, наполненное золотым светом Солнца. Здесь души посвященных могли просить богов о новом рождении на земле или проситься на острова Блаженных. Острова Блаженных — это место вечной радости, где правил Кронос, главный из титанов.

Но большинство людей не были ни слишком хорошими, ни слишком плохими в земной жизни. Поэтому судьи посылали их души на Асфоделевый луг. Это серое, очень скучное место, где в темноте бесцельно бродили души умерших, ожидая приношений от живущих на земле, чтобы хоть немного воспрянуть духом.

Еще одна дорога от судей вела в Эреб, дворец Гадеса и Персефоны. Возле дворца протекали воды Памяти и воды Леты. Посвященные в тайны мистических общин пили воды Памяти, которые разливались под белыми тополями. Тем самым они не забывали сокровенные тайны и попадали на Елисейские поля. А воды Леты, воды забвения, окружали кипарисы. Отсюда пили по незнанию обычные души и сразу же забывали прошлое.


Печалью и покоем веет от этого гомеровского царства теней, Гадеса. Необычная, кратковременная встреча с живым человеком вызывает у большинства умерших, в основном смирившихся со своей судьбой, бурное волнение. Каждый из них стремится рассказать Одиссею о последних минутах своей земной жизни, у многих даже есть личные просьбы. Но дольше всего Одиссей разговаривает с тенью Агамемнона, коварно убитого собственной женой Клитемнестрой и ее любовником Эгистом. Агамемнону ведомы будущность и решения богов, поэтому он делает Одиссею соответствующие предостережения. Он же предсказывает ему легкую смерть в преклонном возрасте в родимой стороне. Одиссей беседует также с величайшим героем троянской войны — Ахиллесом. Однако Одиссею недостаточно этих бесед. Его обуревает любопытство, он хочет хотя бы раз заглянуть в глубь пропасти, ведущей к Тартару.

Однако со временем Одиссея начинает охватывать неведомый страх, опасение, что ему никогда не выбраться из подземелья. Он поспешно возвращается на палубу своего корабля и велит своим спутникам немедленно браться за весла. Корабль быстро увозит его к острову Эя, посвященному богу солнца Гелиосу.

Владыка подземного царства Гадес редко появляется на земле, одевая в этих случаях волшебную шапку-невидимку из собачьей кожи, ибо не желает, чтобы его увидели и узнали люди. Обычно он величаво восседает на своем троне, держа в руке жезл или двузубец. Этому владыке подземного мира, брату Зевса и Посейдона, при разделе досталась наихудшая часть мира. Этот Кронид, сын всесильного Кроноса и внук богини Геи, был вместе с братьями и сестрами проглочен родителем. Ибо Кронос, помня проклятие своего отца Урана, некогда чудовищно искалеченного сыном, проглатывал всех своих новорожденных детей, опасаясь, что один из его потомков низвергнет его в Тартар. Мать Гадеса, богиня Гея спасла своего младшего сына Зевса, укрыв его на Крите, возле горы Дикте под опекой верной козы Амальтеи. Достигнув совершеннолетия и готовясь к борьбе с отцом, Зевс начал искать союзников. Он уговорил Гею дать Кроносу рвотное средство. Приняв его, Кронос изрыгнул Гадеса и Посейдона. Совместными усилиями сыновья одержали победу над отцом. Зевс стал владыкой Олимпа, отцом богов и людей. Посейдону досталось в удел владычество над морями и океанами. А Гадес получил подземный мир, царство теней. Он владеет миром грозным и мрачным, в то время как его братья обладают мирами, несравненно более прекрасными.


Это пенье растопило льдины,

И покуда не смолкал Орфей —

Превращались в рыцарей пингвины,

А листва и рыбы — в добрых фей…


Никому из умерших никогда не удавалось выбраться из Гадеса и вернуться в мир живых. Никому, кроме Эвридики, жены фракийского певца Орфея. Об этом рассказывает миф об Орфее и Эвридике.

Своим пением и игрой на лире Орфей очаровывал все живое. Неудивительно, что после потери Эвридики он сумел своей музыкой покорить даже богов. Миф об Орфее, стремившемся унести из подземного царства любимую жену, блистательно демонстрирует такие ценности культуры, как отвага, самоотверженность, решительность, мужество фракийского певца, который без колебаний бросил вызов неумолимым законам природы и богам и верил, что любовь способна победить смерть. А путь к этой победе ведет через дар богов — музыку.

Эвридика была дриадой — прекрасной нимфой, живущей среди деревьев. Согласно греческим верованиям, нимфы были существами, промежуточными между богами и людьми. Несчастью было угодно, чтобы любви Орфея к Эвридике позавидовал Аристей — сын Аполлона и нимфы Кирены, покровитель врачебного искусства.

Произошло это в долине Темпе, прекраснейшей долине мира, полной цветов и буйных трав. Увидев прелестную девушку, Аристей стал гоняться за ней по лугам. Она же, верная Орфею, пыталась убежать, но наступила на ядовитую змею и, укушенная ею, попала в страну умерших. Едва не обезумевший от отчаяния, Орфей перестал петь и играть на лире. Это ощутила вся природа. Людей и богов охватила грусть. Отчаявшийся Орфей решился на поступок, о котором до него никто не мог и помыслить. Он взял с собой лиру и отправился на поиски своей жены в Гадес. Единственными его козырями были голос и чарующие звуки лиры. Но этого оказалось достаточно, чтобы подземный мир был очарован и восхищен им. Грубоватый перевозчик Харон не взял у него денег и с необычной любезностью перевез фракийского певца на другой берег Стикса. Завороженный музыкой Орфея, страшный пес Цербер ни разу на него не залаял. Орфея окружили призрачные тени умерших. Но при звуках музыки из их рук выпали кубки, которыми черпали воду из Леты, реки забвения, и они начали вспоминать давно минувшие события. Наконец певец добрался до трона владыки подземного мира Гадеса. Он рассказал ему о своем горе и умолял вернуть любимую. Тронутая до глубины души Персефона присоединилась к мольбам Орфея. И невероятное свершилось — в знак согласия Гадес кивнул головой, но поставил условие: уходя, Орфей должен идти впереди Эвридики, и, пока они не минуют врат подземелья, Орфей ни в коем случае не должен оглянуться или заговорить с женой.

Счастливый фракийский певец вместе с Эвридикой, которую привел к нему посланник богов Гермес, немедленно начал взбираться по крутой тропинке вверх, к солнцу. Длилось это долго. Но вот через расщелины гор, окружавших Гадесову пропасть, к супругам стали проникать лучи солнечного бога Гелиоса. От спасения Эвридику отделяло всего несколько шагов. Однако непреодолимое желание хотя бы раз взглянуть на любимую жену, убедиться, действительно ли она следует за ним, вынудило Орфея оглянуться. И тут же фигура Эвридики начала таять. Ее образ с выражением печали, скорби и неземной любви на бледном лице навсегда исчез во мраке Гадеса. Ворота подземелья захлопнулись с таким страшным грохотом, что задрожали горы, и это услышали даже боги на Олимпе.

После этого прошло немного времени и Орфея, как и каждого умирающего грека, подхватил в свои объятия Танатос, бог смерти.

Танатос — сын Гекаты, брат-близнец бога сна Гипноса. В момент смерти он прилетает на черных крыльях и золотым ножом отрезает с головы умирающего прядь волос. В Гадес без этой повинности никто войти не может. Иногда Танатос принимает образ черного нетопыря, а иногда приходит в виде красивого юноши. Когда он с факелом в руке склоняется над умирающим, то становится даже похожим на божка любви — Эроса. Потому что сходство между любовью и смертью бывает очень велико…

Лишь однажды Танатос опоздал к умирающему, а точнее — к умирающей. Умирал Адмет, фессалийский герой, муж молоденькой Алкестиды. Правда, Аполлон дал ему шанс спасения жизни и принудил Гадеса дать обещание, что Адмет не умрет, если вместо него умрет кто-либо другой. Но никто на такую замену не соглашался. Не согласились таким образом спасти сына ни мать, ни отец. Зато на это без колебаний согласилась Алкестида. Она умерла, и Адмет выздоровел. Но когда чернокрылый Танатос приблизился к ее телу, чтобы отрезать с головы златокудрый локон и забрать душу умершей, кто-то невероятно сильный остановил его. Это был случайно проходивший мимо полубог-получеловек Геракл. Геракл потребовал, чтобы Танатос не лишал Алкестиду пряди волос и вернул жену Адмету. Они долго боролись, но Танатос никак не мог вырваться из железных объятий Геракла. Ему пришлось согласиться, и Алкестида возвратилась домой, к мужу.


Мы — греки, что прописаны в Тартаре,

Нас ждет Танатос с мойрами во мгле.

Но мы еще успеем, мы затарим

Грехами наши души на земле…


Но Танатос — не единственный спутник человека в последние минуты жизни. За умирающим присматривают также три дочери Ночи — мойры Клото, Лахесис и Атропос. Это они вершат волю той силы, которая управляет миром и именуется Судьбой. Мойры прядут нить каждой человеческой жизни, а в момент смерти неумолимая Атропос перерезает эту нить. Суровая и справедливая Немезида — богиня судьбы, человеческой доли и недоли, карающая за всяческие нарушения установленного порядка вещей, — следит за тем, чтобы никто не избежал правосудия.

Наиболее страшная часть Гадеса — Тартар, место изощренных пыток и чудовищных казней. Туда попадают лица, приговоренные судьями за самые тяжкие преступления. В Тартар попал Тантал, царь Сипила во Фригии, осмелившийся пригласить на пир богов и накормить их мясом убитого специально для этого собственного сына — Пелопа; таким чудовищным образом Тантал хотел выяснить, действительно ли олимпийские боги всезнающи и всеведущи. Оскорбленные боги низвергли Тантала в Тартар, где он пребывает и по сей день. Стоя по горло в водном потоке, он испытывает невыносимую жажду, но, как только наклоняется, чтобы напиться, вода утекает от его уст. Не может Тантал утолить и терзающего его голода. Висящие над ним ветви с плодами отодвигаются, как только он протягивает к ним руку. Над ним нависает, готовая вот-вот рухнуть и размозжить его, черная скала смерти. И он непрестанно, веками, бессильно мечется, дергаясь то вниз, то вверх, то в бок, и терпит жестокие муки. По-иному мучается в Тартаре царь Коринфа Сизиф, наказанный за то, что держал в заключении Танатоса. Однажды он связал бога смерти и укрыл в подземелье своего дворца, дабы обеспечить себе вечную жизнь. На земле долгое время никто не умирал, и находившиеся в Элизиуме души начали скучать и удивляться, почему к ним не пребывают новенькие. В конце концов, обеспокоенный Гадес послал Гермеса на поиски Танатоса. Вскоре бог смерти был освобожден Гермесом. Освобожденный сын Ночи сразу собрал богатый урожай и наверстал проведенное в длительном бездействии время! Однако в наказание за содеянное, Сизиф должен был вечно вкатывать на гору тяжелый камень. Камень, едва достигнув вершины, скатывался вниз, и всю работу Сизифу приходилось начинать сначала…»

Ферекид закончил играть на лире и, указав рукою на окно, учтиво молвил: «Уж полночь близится, а ты, я вижу, не думаешь ложиться спать…» Пифагор слушал учителя с открытым ртом, затаив дыхание, боясь пропустить хотя бы одно слово мимо ушей. После первых звуков напевной речи Ферекида сон как рукой сняло с блестящих глаз отрока. «Ну, еще, расскажите еще, миленький Ферекид, ну еще одну малюсенькую историю — и я пойду спать» — упрашивал старика любознательный мальчик. И добрый мудрый Ферекид, не выдержав взора огромных умоляющих глаз отрока, опять брал в руки волшебную лиру и начинал: «Далеко-далеко за зелеными лесами, за высокими горами, за синими морями жили-были царь с царицей…»

База данных защищена авторским правом © kursovaya-referat.ru 2017
При копировании материала укажите ссылку